Комментарии пользователя
А я помню, как мы с мамой пошли в к/т “Ленинград” смотреть “Айболит 66” – сразу после его выхода на экраны. Я-то, конечно, как и положено ребёнку, увидел лишь Бармалея, доктора Айболита, собаку Авву и пр. А мама вечером долго шепталась на кухне с папой, а на следующий день он сам пошёл смотреть этот “детский” фильм)
А чего, некоторые гурманы, пожалуй, могут отыскать во вкусе тормозухи свою пикантность)
Из авкеросина-то что, он – субстанция благородная. Из тормозухи извлекали и прочих малоаристократичных жидкостей)
Ага, чтение совлитературы и просмотр советских фильмов развивали умение читать и думать между строк)
Зато относительно бесцензурной переводной литературы было навалом (Ремарк, Хэмингуэй, Шоу, Сэллинджэр, Воннегут, Апдайк и т. д.) Хэм вообще, считался чуть ли не русским писателем. Я благодаря переводной литературе уже лет в двенадцать стал пацифистом. И жизнь познавал тоже по ней)
Так это как раз наши лещики. Из счастливого детства. Вся вторая строфа – детские и юношеские годы в СССР. Даже скажу больше – лещики финскозаливные. Мои родители три года подряд снимали летом дачу в Зеленогорске. Я там жил с мамой, а папа работал, приезжал лишь на уикенды. А хозяин был заядлым рыбаком (с лодки на заливе) и всегда брал на рыбалку меня (выходили в пять часов утра). А за ягодами я ходил сам – со стеклянной банкой (черника, брусника). Мама ругала меня за это, а из собранных мною ягод варила компот.
А там, где я живу сейчас, лещиков нет, но в наличии сибас, морской окунь, мелкие акулки. Летом даже марлин встречается. А в речушках полно форели с лососем. Только я уже не рыбачу – рыбку чего-то жалко стало. Но на рыбалку с приятелями езжу постоянно)
По-над небом реет толь гром, то ль зык –
Ходит-бродит Хлебников – рвёт язык,
Пламенеет море, течёт песок…
У меня поллитра и худ носок)
Мне трава хучь не расти,
Хучь надень на ухи боты…
Отыскать хочу свой стиль –
Личный почерк отработать)
Ага, но и вектор социдеологии требовал оптимистической направленности. Капитализм, якобы, сползал в пропасть, а социализм семимильными шажками шуровал вверх – в счастливое будущее. Иначе чем было доказывать преимущество социализма? Не качеством же автомобилей и богатством ассортимента лёгкой промышленности)
А чего, помню, в молодости спиртное называли наркозом)
Красота. Только “берёзонька с чёлочкой”, мне кажется, слишком уж сиропна. И вообще, уменьшительно-ласкательных суффиксов, на мой вкус, многовато)
Ага)
Во-во. А иногда бывает, сильные мира сего предпочитают не замечать чужой опыт – в угоду узкой личной выгоде.
Ага, по-другому и не могло. А мир получил неоценимый опыт)
Ага, причём не свой родной, а взращиваемый идеологическим аппаратом. Но и он (аппарат) не смог загнать жизнь в узенькое ложе соцреализма: сначала жуть войны не желала туда влезать (Бондарев, Быков, Адамович, Некрасов (не считать “В окопах Сталинграда”), Бакланов). А потом “деревенщики”… В общем, не получилось запихать реальность в душный чемоданчик соцреализма)
Опять же Довлатов – по поводу оптимизма советской литературы:
В Тбилиси проходила конференция на тему «Оптимизм советской литературы». Было множество выступающих. В том числе – Наровчатов, который говорил про оптимизм советской литературы. Вслед за ним поднялся на трибуну грузинский литературовед Кемоклидзе:
– Вопрос предыдущему оратору.
– Пожалуйста.
– Я относительно Байрона. Он был молодой?
– Что? – удивился Наровчатов. – Байрон? Джордж Байрон? Да, он погиб сравнительно молодым человеком. А что?
– Ничего особенного. Еще один вопрос про Байрона. Он был красивый?
– Кто, Байрон? Да, Байрон, как известно, обладал весьма эффектной наружностью. А что? В чем дело?
– Да, так. Еще один вопрос. Он был зажиточный?
– Кто, Байрон? Ну, разумеется. Он был лорд. У него был замок. Он был вполне зажиточный. И даже богатый. Это общеизвестно.
– И последний вопрос. Он был талантливый?
– Байрон? Джордж Байрон? Байрон – величайший поэт Англии! Я не понимаю в чем дело?!
– Сейчас поймешь. Вот смотри. Джордж Байрон! Он был молодой, красивый, богатый и талантливый. Он был – пессимист! А ты – старый, нищий, уродливый и бездарный! И ты – оптимист!
)
Довлатова-то как раз трудно назвать допущенным. Без Тургенева нельзя было обойтись в концепции величия русской литературы. А русская культура признавалась социдеологическими институтами как часть культуры мировой. А без Шекспира, думаю, мировую культуру представить трудно. К тому же, в этих произведениях пессимистическую суть подавали как неотъемлемое свойство исключительно буржуазного общества, и это хорошо служило социдеологии, в которой не было места мумушной и ромеоджульеттовской безысходности. Все авторы, творившие до Октябрьской революции, были зачислены в команду пессимистов, а их описание не вызывающих радости черт человека отнесены к тяжкому влиянию буржуазного общества)
А, в смысле того, что “Муму” и “Ромео и Джульетта” печатались и даже изучались в школе? Да, тут явное упущение идеологического аппарата)
Ну, “Муму” и “Ромео и Джульетту”, думаю, вряд ли можно отнести к соцреализму, а “Военная тайна”, по-моему, вполне соответствует. Там в оконцовке Натка осознаёт, что находится на своём месте, да и финал сказки о Мальчише-Кибальчише вполне укладывается в соцреалистические параметры.
Вот типичный конец соцреализмовского произведения:
" – Главное – быть человеком, Шурка, – сказал Лукьяныч и зашагал прочь.
Шурка долго, долго глядел ему вслед…"
С. Довлатов
)
Так согласно законам соцреализма, конец обязательно должен быть счастливым или, как минимум, обнадёживающим. А иные произведения в нашем счастливом соцдетстве к народу не допускались)
Я помню, в детстве читал “Приключения Карика и Вали” – там детишки вдруг стали маленькими – размерами с букашек – и очутились на лугу. Мало им не показалось)