Последние комментарии
Красиво. Очень яркие образы Ангелов, велосипеда и ноутбука. Понравились лёгкая ироничность и глубокая философия: размышления о связи человека с духовным началом. Да, современные технологии влияют на эту связь. Спасибо Вам, Игорь, за светлое ощущение надежды и напоминание о важности внутреннего мира.
Вот такой я, Марина, человек, словно сотканный из противоречий. А если сказать более точно - из нескольких людей) Три года провёл в буддийских монастырях, изучая глубинную философию. Но путь Красоты, служение Искусству всё-таки перевесил. Люблю классическую музыку, хорошую поэзию, но и философию тоже. Разработал для себя особый жанр, назвав его "лирическая философия". В целом противоречий во мне столько, что лучше со мной не дружить)
Игорь, Ваши Эпифании поражают не только красотой и яркостью поэтических образов природы, но и глубокими философскими размышлениями о языке, культуре и технике. В этой глубокой и многослойной картине чувствуется тревога за духовность и судьбу человека. Спасибо за Вашу веру в силу поэзии, красоты и внутренней гармонии.
Здравствуйте, Даша!
Кратко поясню основные особенности сюжета рассказа "Жизнь и смерть".
Мужчина (педагог) Александр Александрович выступает в произведении как сторонний наблюдатель, который занимается обыденными делами (подстригается в парикмахерской, покупает газеты, созерцает окружающий мир, сидит на лавочке...) и временами "спонсирует" одного из ЛГ. Скорее всего, он одалживает ему деньги без последующего возврата.
Существование Виктора Ивановича Сурменко по кличке "Агдамыч" и работника "Атоммаша" Анатолия Куркина протекают в "рутине", ограниченной бытовыми потребностями, символизируемыми рынком и аптекой.
"Агдамыч" пьянствует, а Куркин трудится в поте лица и на работе, и на даче, и на рынке.
Смерть Толи Куркина , будучи неотъемлемой частью конца жизни, остается мало замеченной и не получает должного внимания у некоторых читателей.
В это самое время в стороне от аптеки "Апрель" на охапке скошенной травы под стволами серебристых тополей беззаботно спит пьяный "Агдамыч" рядом с синими сланцами, прижатыми крупной головкой чеснока, и прозрачным фасовочным пакетом с купленной гречкой.
Его сон был не глубокий.
Виктор Иванович Сурменко: то храпел, булькая пузырями, то сопел, переворачиваясь с боку на бок.
Даша!
Об этом явлении повествуется с определенной дистанцией и объективностью.
Вот и всё!
С уважением, Александр Бочаров.
Да-да, я писал с людей, знакомых, дороги и любимых мною - и не очень любимых, - чтобы полюбить последних уже как своих героев).
Кажется, судя по Вашим словам, Даша, это у меня получилось) Спасибо!
незаслуженно обделено вниманием.
очень и очень. однозначно в «Избранное».
как просто и просторно здесь!
живое.
спасибо.
жизни проходят между рынком и аптекой, а смерть остаётся незамеченной.
рассказано достаточно отстранённо об этом.
Спасибо большое, Даша!
Ваши комментарии помогают мне разобраться в самом себе)
Спасибо большое, Даша.
Цветите звонче!
очаровательная глубокая притча) главное не терять связь с детством, с чудом.
и иллюстрация – не могу её не отметить)
очень мне нравятся Ваши эпифании.
такие живые мысли, без примесей чего-то постороннего.
спасибо!
полное впечатление создается, что читаешь что-то классическое, профессиональное. персонажи не сливаются в одно, как это бывает – у каждого свой характер и свои отличительные особенности выражения.
это взаимно!)
Замечательный сонет! И романс тоже очень гармоничен!
С уважением, Олег Мельников.
Да, стих совсем о другом, согласен с вами. Но каким мощным мог бы выйти поэт, написавший эти строки!
Жаль его от души.
Спасибо вам, Михаил!
Даша,
это немного другая тема, за которую вообще страшно браться, настолько вся история христианской религии (а не веры) противоречит изначальному учению.
И вообще: интересы институтов и государственных образований, с одной стороны, и частные интересы, с другой, - это неразрубленные гордиевы узлы, источники войн и трагедий.
Да, я тоже помню эти строки, посмотрел в инете, чьи они:
ГРОЗА
Косым, стремительным углом
И ветром, режущим глаза,
Переломившейся ветлой
На землю падала гроза.
И, громом возвестив весну,
Она звенела по траве,
С размаху вышибая дверь
В стремительность и крутизну.
И вниз. К обрыву. Под уклон.
К воде. К беседке из надежд,
Где столько вымокло одежд,
Надежд и песен утекло.
Далеко, может быть, в края,
Где девушка живет моя.
Но, сосен мирные ряды
Высокой силой раскачав,
Вдруг задохнулась и в кусты
Упала выводком галчат.
И люди вышли из квартир,
Устало высохла трава.
И снова тишь.
И снова мир.
Как равнодушье, как овал.
Я с детства не любил овал!
Я с детства угол рисовал!
20 января 1936
Павел Коган
Стих не совсем о том, о чем вы, но я с вами в этом согласен и даже перестаю смотреть, читать или слушать, если все становится предсказуемо. За двумя исключениями - если язык завораживает или это относится к моей работе)