Комментарии пользователя
Ага, а в больших городах была несколько иная специфика. Встретить своего учителя вне школы – редкое, нетривиальное событие. Даже самые грымзы-учителя начинали мило улыбаться и называть тебя не как в школе – по фамилии, а по имени)
А Гиббон был таким мелким, шустрым, порывистым. А главное, фамилия у него была Гибин.
А математичку по фамилии Сапега называли, пардон, “Соплюха”. И не из-за фамилии, а потому, что у неё в руках постоянно находился носовой платок.
А учителей, которых любили или уважали, называли по имени, но используя уменьшительно-ласкательное значение: Варвару Петровну – Варварушкой, Любовь Андреевну – Любаней, а Павла Христофоровича – Павлушей)
Макака – прикольная
кликуха) А у нас был Гиббон – трудовик. Он один раз мне в дневник написал
замечание следующего содержания:
“Срочно подстригите сына, а то директор из него Чапаева сделает!”
Видимо, он имел в виду Котовского – в связи с его обритой головой, но почему-то перепутал. Родичи тогда от души поржали, а стричь меня не стали)
Притихнет время в сельской благодати,
Замрёт библиотекаршей в очках
И понесётся к новогодней дате
Под действием зимы и первачка)
Прям родным повеяло… Вроде, с моей жизнью несколько расходится и во времени, и в пространстве, но ощущение такое, как будто всё это было со мной)
А мне номер запомнился как маленький стишок: ка-два-двадцатьтри-пятьдесятшесть. Этакая мини-соната: тихая увертюра, затем крещендо и завершение-кода)
Ага, фэйковые контрафактные сырки)
Ноябрь. Озябшая ольха,
К воде склоняясь полусонно,
Стоит усталою мадонной,
И выпить хочется… Аха)
По грудь завален снегом наш плетень,
Колючий воздух призрачен, статичен,
А я с утра поддал, и целый день
Слоняюсь, бормоча, кормлю синичек)
И любо всё – и лет пассажи –
Судьба то сахар, то горька,
И дым отечества, и даже
Палёность водки из ларька)
Осень… Листьев вялый полонез.
Хлюпают ботинки… Боже, где мы?
К празднику достать бы майонез…
Реализм советский… Хризантемы)
Спасибо, ага, почитаю. А КВД я помню – в некоторых местах при устройстве на работу требовали справку из него)
Том, а я помню номер нашего первого телефона. Мне было года четыре, мы жили в коммуналке, а телефонные номера в Ленинграде были ещё шестизначными и начинались с буквы – К-2-23-56)
Коль, привет) Ага, будет продолжение – пока в текстах Вася и
половины своей жизни не прожил)
<!--[if !supportLineBreakNewLine]-->
<!--[endif]-->
А ветер невский – ага, когда он выбирается из запазухи это очень чувствуется – рёбра перестают быть ледяными, и становится реальным сделать дыхательное движение)
Миш, а у нас в группе был один некомсомолец, так его всё равно заставляли дружинить, хотя называлось всё это “Комсомольский отряд ДНД.” А потом, когда пришло время сдавать экзамен на Военной Кафедре для получения звания лейтенант, что позволяло избежать призыва в армию солдатом, его не допустили до экзамена из-за его некомсомольства. Так он умудрился за три дня окомсомолиться, и вздохнул с облегчением)
Том, я могу забыть имя первой жены и название улицы, на которой жил десять лет, но все свои алкогольные напиточки помню как Христовы Заповеди)
ДНД – это Добровольная Народная Дружина. Умиляет термин “Добровольная” – попробуй откажись – сразу испытаешь на себе карательную мощь советского административного аппарата)
И не говори… На самой заре человечества Адам с Евушкой уже яблоки по садам тырили. А для рядовых комсомольцев украсть сотню кг морковки – это детская шалость по сравнению с тем, что вытворялось на уровне райкомов комсомола, горкомов и выше)
Модерн – холодный и неброский,
Проспектов стрелы – град Петров…
Фасадов глянцевая роскошь,
Тоска заплёванных дворов)
Ага, сплошные артикли, междометия и служебные слова)