Марк Иваныч. Чё знашь? 10/10

 В деревню Колмогорово мало-помалу съезжались староверы со всего Енисея. Дальние деревни умирали, и люди стремились ближе к цивилизации. И если поначалу они не принимали никаких достижений цивилизации, то со временем в их быту появились и стиральные машины, и телевизоры, и мобильные телефоны. Но жить они стремятся со своими. Колмогорово — недалеко от Енисейска. Летом — по воде, зимой — по зимнику.   

Марк Иваныч рассказал про одного такого старовера, приехавшего откуда-то с низов Енисея.

 — Приехал он к нам в деревню посмотреть, что и как. Собрались и мы посмотреть, что за человек. Поговорили. Видим — глянулась ему наша деревня.

— Где, — говорит, — тут строиться можно?

— Да вон, в том конце и стройся!

Построил он дом, перевёз своих и опять спрашиват:

— А где здесь охотиться можно?

— Да бери участок деда Ивана. Дед помер, участок ничей. Подправил он зимовья, уехал на охоту. А к Новому году привёз штук сто соболей. Мы сроду такого здесь не видали. Прижали его:

— Чё знашь? Он не понимает, говорит, что всегда так промышлял. Ну, помяли мы его маленько. Сопит, не рассказыват свой секрет.

Летом он опять к нам:

— Где здесь рыбачить можно? Красная рыба скоро пойдёт.

— Да тут, рядом, тони. Где все, там и ты. Река обчая.

Мы рыбачим. Он рыбачит. Только у нас осетры — раз в месяц, да и то маленькие, вряд ли будет с десять килограммов. А у него через раз то в пуд, то в полтора. Мы опять его прижали:

— Чё знашь?

— Да ничего не знаю, как все, так и ловлю.

Снова его помяли: — Нехорошо скрывать правду от своих.

Осенью стали ловить нельму. Плывём друг за дружкой по тем же тоням. У нас нельма — три, да пять кило. У него — восемь, да десять. А то и все пятнадцать. Ждём его на берегу. Опять прижали:

— Чё знашь? Ну и опять собрались его мять. Он вопит:

— Не знаю я никаких секретов, у нас на низу все так ловят. Кто-то из наших догадался:

— А ну, покажи свои сети, — говорит.

Пошли смотреть. Глядим на его сети — понять ничего не можем. Ячея у их на 120. А мы ловим тока на 70. Тут стало всё ясно. Лет двадцать назад и мы ловили такими сетями, да повыловили крупную рыбу и мелкой ячеёй стали ловить. А крупная рыба в мелкую ячею не идёт. Стукнется — и уйдёт.

Зря, стало быть, мужика били. Хороший был мужик.

— А насчёт соболей, вспомнили мы, там-то как было?

— Да и там зря били.

Мы-то сколько ставим капканов? Сотни две-три. А у них в низовье ставят восемьсот и больше. Работой он и добыл зверя. А мы его побили. Зря побили. Хороший был мужик…