Мой город 10/10

Нарисованный мой

В этом городе ночь нескончаема, нет...

приживалка луна зябнет, кутаясь в шали,

постарели дома, самый главный проспект

обещает мне что-то, опять обещает...

У причалов-домов не стоят корабли -

слишком тонкая цепь, слишком злющая буря,

и скрипят на ветру о своём фонари,

маяками уставшими на карауле.

На последний сеанс взяв последний билет,

на ступеньках стоит в ожидании тени

от угасшей звезды несгораемый свет,

только тень где-то ходит и ходит не с теми.

В этом городе снег никуда не идёт,

он летит и летит мимо окон и взглядов,

и басит постаревший осипший фагот

на скамье уходящего зимнего сада.

Нарисованный мой и непонятый мной,

сколько раз от тебя - от себя убегала...

но побитой собакой под утро домой

возвращалась и всё начинала сначала.

Вновь приехала - вот - пред тобою стою,

на воротах твоих отзвенел колокольчик,

проиграли войну мы, погибли в бою...

нескончаемы ночи...

Под голубыми небесами

Под голубыми небесами,

разлитыми над головой,

мой город, выдуманный самый

и самый-самый дорогой,

вальяжно на речном песочке,

раскинув руки, возлежит,

как будто бы взлететь он хочет

и над собою закружить.

Он ясноокий, златокудрый,

высок и по натуре добр,

лежит и ветер ждёт попутный,

мостов проветривая горб,

проспектов распахнув объятья,

в ушибах каменных домов,

лежит он словно на распятье

в пречистом блеске куполов,

тонущих в тополином пухе,

в зелёной клёновой тоске,

как в трупных пятнах - в показухе -

от смерти лишь на волоске...

Мой город юн, красив и статен,

и он ни в чём не виноват.

Он нарисован был в тетради

мной сотню лет тому назад.

Над шифером пятиэтажек

летали стаи голубей,

забор был школьный разукрашен

цветными снами от детей,

дремали клёны-старожилы,

скамьи, влюблённые в фонтан,

усердно ранцы сторожили,

в извечном ожиданье мам

с колясками,

 дедков, старушек

с клюкой и булками для птиц,

а детский смех, покой нарушив,

летел вприпрыжку со страниц

потрёпанных до дырок книжек,

зачитанных до стёртых букв,

с цветочками между страничек

и в пятнах от ребячьих рук.

Знакомый дворник дядя Петя

при белом фартуке, с метлой,

всегда знал всё про всё на свете,

не старый был, не молодой.

И пахло от него полынью,

весенним солнцем, хлебом, сном

и добротой, небесной синью,

соседским шлындою-котом.

На детской маленькой площадке

босой неслась туда-сюда,

всегда в алёнке-шоколадке

испачканная мелюзга,

и надоедлива до жути,

но и смешная до любви..

и пирожки от тёти Гути..

и дядя Вити голуби...

Мой город, выдуманный самый,

приснился мне иль наяву -

я в магазин за ручку с мамой

за куклой новою иду,

а с папой - за велосипедом.

О, как он никелем сиял!

И как по улицам с соседом

носилась меж камней и ям.

Ах, город, я тебя любила.

Единственный.

Теперь - чужой.

И расплываются чернила

на лодке, выстроенной мной.

Бумажный вымокнет кораблик,

рисунок потеряет цвет.

Песок размыт. 

Мой мир - разграблен.

И города на карте - нет

Отсечённый от прошлого

Город мой, отсечённый от прошлого,

посохом отмеряющий время,

проглядел ты слепыми окошками -

вот и стали большими деревья.

Маленький, несуразный, поношенный,

латками да лотками прозренья

поперёк и повдоль перекошенный,

огорошенный, с остервенением

оттираешь подошвы протёртые

до костей и до запаха гари...

заманили в болота костёр, а дым

по кускам безобразным продали...

листья жгут за чужими воротами,

поздно нам руки греть над золою,

повезло - спички были короткими

все четыре - дороже не стоим.

Желваки заходили под кожами

у дорог, перепутанных нами.

Погляди - за отвратными рожами -

васильки и поляны с цветами,

за тоской за кладбищенской - радости.

Продыху не возрадуйся - грех то...

за мирские оградки пора нести

нам себя и подбрасывать кверху...

Полетим? Нет. На птиц не похожи мы.

Поползли б - да распорото брюхо.

А давай-ка с тобой на порожек и

по чуть-чуть - вдруг земля будет пухом

2022 - 2023