Василий Бородин. Несколько стихотворений 0/10

                                                ВАСИЛИЙ БОРОДИН

* * *

это мой узор

мёртвая вода

вот она стоит

вот моё лицо

я люблю тебя так что вода начинает сиять

* * *

трещина пришлась

на треть лика

правый глаз уцелел

и нас видит, но

без объёма, просто:

«я среди них»

* * *

Что я видел на свете?

Подвальный склад изд-ва НЛО

С лентою, подающей

Книги стопкой наверх.

Деревенскую Лину

С темным румянцем,

Черной ее коровы

Внутренний хмурый гнев.

Мокрый песок я видел –

В трещинах, горкой

Ссыпанный с самосвала,

Мокрый забор.

Видел окна осколки,

Краев зеленых

Волны и отраженье

Старческих рам.

Чайника заварного

Внутренний легкий

Дырчатый свет и чашки

Отмытый край.

Яблоню с воробьями

Я видел, шум их

В ворохе лучевом.

Яблоко в зубах.

* * *

кажется я

существую огни в метро

запятая огни в метро

кажется кажется меня гонят огни в метро

вот и ты

существуешь среди огней

запятая огней в метро

ясно что? ясно что тебя гонят огни в метро

а вот было изгнание из Эдема и вот Адам

Еве говорил: ладно, как получилось

так получилось, я тебя не предам

поле после дождя блестит; была ярость, а будет милость

зря ли я называл зверей: вол откликнется и пойдёт

голову наклонив, а я скреплю плуг: вот верные

две верёвки верблюжьей шерсти, и мы, наверное,

через год первый раз спечём хлеб и под деревом посидим, гнездо упадёт

успокоим как-то птенца – а там наши дети

побегут-побегут погодки по полю – так

сами годы будут бежать, плыть как лодки, сети

с золотой чешуёю будущего тянуть а мы будем думать, что это так

хорошо: без слов думать, что пришла старость

можно никуда не смотреть

вот закрыли глаза а там кружатся милость, ярость

как большая листва в прощающем ноябре

* * *

Кажется, что темная природа

Охладела к внутренней ночной

Белизне в древесном соке, к ровной

Сырости осенней земляной.

Перекрестьем и разбросом – лапы;

Маятник мелькающих стволов –

А погоня выдохлась, и слабым

Волком смотрит изо всех углов

* * *

я иду по следам впечатлений отца

небо серое отражено

в длинном озере то есть понять до конца

никому ничего не дано

но в искусстве стараешься быть чуть грубей

чем внутри сердца и головы

так мельчайший ярится всегда воробей

вырвать крошку у целой москвы

и вечерней воды дождевой на листве

круглой острой густой как стена

меркнет иглами золото ходит в траве

тишина тишина тишина

* * *

вол в Валахии вольней

всех четырехсот камней

но когда он тянет воз

с этими камнями,

думает: «вот я жил

ничего не сбылось

я силён, но я внутренне съеден днями»

или – в Волыни

камень-вол

лежит на холме

шесть тысяч лет мечтает пошевелиться

приходит птица

– мне ещё, – говорит, – птенцов кормить

я ловлю гусеницу, и, стараясь совсем не ранить,

быстро лечу в гнездо –

а там один слабый,

а один – сильный,

и две девчонки, а

я одна,

мускулатура у гусеницы –

мыслящая волна

в гусенице видны:

близость преображенья,

сила,

комок

переваренных листьев,

и на распутье

гусеница три раза

кланяется – налево, прямо, направо

и выбирает – прямо

а вол идёт

камень-вол греется

– галки в Москве, впрочем, любят лететь

сквозь колокольню, когда та пуста:

между колоколами, верёвками

– внизу – доски

* * *

московский осенний закат –

начало заката –

это особый колористический

парадокс:

все облака

фиолетовы в середине

розовы по краям

а самый низ неба –

натурально зелёный,

как писал Эрих Мария Ремарк

...я раньше думал –

он преувеличивает, как плохой немецкий поэт

но небо бывает зелёным:

как сильно разбавленный цвет листвы

и тёмная листва

шевелится, замирает

вот идут девочки

по две, по три

лет двадцати –

двадцати пяти

в огромных очках

в суровых оправах

так глупы и нелепы

так красивы и так нежны

и никому не нужны

но небо видно им

в любой пространственной точке

почти ядовитое

почти золотое – как нимб, как рай

а они идут мимо

пустого кафе

смотрят в мертвенные экраны

и гонят пальцем

друг дружкины фотопортреты

с выигрышной светотенью

с недоумением в глазах

...чувак! может быть, ты

думаешь

что твоя родина – это Россия

нет, твоя родина – ложь и смерть

просто ложь и смерть

вглядись в любое

собственное слово и дело

что ты там видишь?

ложь и смерть

вот ты обещал

обещал и не сделал

выпил

и не замолчал

полюбил и не промолчал

вроде, фигня

но сам сатана жмёт твою руку:

ты утвердил

ложь и смерть

ты подтвердил

ложь и смерть

но истина ждёт тебя

в любой временной точке

истина ждёт тебя

и устала ждать

истина ждёт тебя

в любой временной точке

истина ждёт тебя

и устала ждать

вот издевательский разговор

зелёной листвы и зелёного неба

и самоедская

хмурость лиловых облаков:

а через два часа

выглянут звёзды

кошки в тёмном дворе

залезут на карусель

и дворничиха Роза

выйдет с рыжим псом

закурит и поздоровается басом

московская ночь –

начало ночи –

осенняя ночь

лёгкие колтуны облаков

синие звёзды и блеск травы

белые фонари

рыжие фонари

чуткая тишина

дыхание тишины

тишина

так красива и так нежна

синяя тишина

и никому не нужна

робкая тишина

долгая тишина

ночная тишина