Генрих Гейне. Из "Возвращения на родину" 40, 25, 48 0/10

48.

Не хочу тебе я горе

Принести, дитя, а значит,

Оттолкнуть я должен сердце,

Чтоб не сделалось горячим.

Но, увы, мне это дело

Слишком просто удается,

И меня надежда греет,

Что любовь в тебе проснется.

XLVIII

Kind! Es wäre dein Verderben,

Und ich geb’ mir selber Mühe,

Daß dein liebes Herz in

Liebe Nimmermehr für mich erglühe.

Nur daß mir’s so leicht gelinget,

Will mich dennoch fast betrüben,

Und ich denke manchmal dennoch:

Möchtest du mich dennoch lieben!

25.

Придут и уйдут поколенья,

Иные взойдут времена,

И только любовь моя вечна -

Останется в сердце она.

Тебя первый раз увидев,

Склонил я колени свои.

И вновь скажу перед смертью:

"Madame, ich liebe Sie!"

XXV

Die Jahre kommen und gehen,

Geschlechter steigen in’s Grab,

Doch nimmer vergeht die Liebe,

Die ich im Herzen hab’.

Nur einmal noch möcht’ ich dich sehen,

Und sinken vor dir auf’s Knie,

Und sterbend zu dir sprechen:

„Madame, ich liebe Sie!“

40.

Как луна, прорвав завесу

Темных туч, свет дивный льет,

Так из темного былого

Ясный образ восстает.

Наш кораблик плыл по Рейну,

Вдоль бортов народ гулял,

Берегов простор зеленый

Луч закатный освещал.

Сев у ног прелестной дамы,

Я задумался на миг.

Крылся золотом червоным

Милой девы бледный лик.

Радостное возбужденье!

Лютен и тимпанов звон!

Небо синее сияет

И душа стремится вон.

Мне казались дивной сказкой

Замки, горы, лес и дол:

Я в глазах прекрасной девы

Точный образ их нашел.

XL

Wie der Mond sich leuchtend dränget

Durch den dunkeln Wolkenflor,

Also taucht aus dunkeln Zeiten

Mir ein lichtes Bild hervor.

Saßen all auf dem Verdecke,

Fuhren stolz hinab den Rhein,

Und die sommergrünen Ufer

Glühn im Abendsonnenschein.

Sinnend saß ich zu den Füßen

Einer Dame, schön und hold;

In ihr liebes, bleiches Antlitz

Spielt’ das rote Sonnengold.

Lauten klangen, Buben sangen,

Wunderbare Fröhlichkeit!

Und der Himmel wurde blauer,

Und die Seele wurde weit.

Märchenhaft vorüberzogen

Berg’ und Burgen, Wald und Au’; —

Und das alles sah ich glänzen

In dem Aug’ der schönen Frau.