Комментарии пользователя

В степи холодной замерзая,
Ямщик по имени Тарас

Сказал, что девушка босая

В него влюбилась как-то раз)

Нина, ага, осень как коммунизм – сначала рыщет своим призраком, а потом уже материализуется)

Миш) Что ни сделай осенью, всё получится хорошо)

Ага, придушит ласково и нежно)

Михаил) Там, где я живу, ещё пока лето, но поворот уже чувствуется – в прозрачности воздуха, утренней свежести, измученности листвы.

Всё меняется, проходит…

Лишь портвейн всё тот же, вроде)

Ага, жуть. Нечто похожее видишь из окна поезда “Санкт-Петербург – Москва”. Я любил выходить в Бологом – там он останавливался глубокой ночью. Это что-то запредельное. Вспоминается Зона Стругацких. Туман, ядовито и бессильно тлеющие фонари, шныряющие тени, люди в ушанках (несмотря на летнее время), пытающиеся ночью что-то продавать. И всё это между благополучными с виду столицами)

Ага, почему-то теребят воображение именно обычные детали бытовухи. Наверное, потому, что именно с ними и ассоциируется жизнь. Я много лет, идя в школу, проходил мимо серой гудящей трансформаторной будки. Она для меня выразительнее, чем Ниагарский водопад и Эйфелева башня)

Миша, ага, сто первый километр – это как знак качества для порядочного человека советских времён. Хотя у многих он ассоциируется лишь с уголовной и асоциальной публикой)

Ага, я потому и не сорвался ещё туда, что не знаю, как там решён вопрос культурного досуга)

Олег) Ага, фантазии растут не на пустом месте.

Игорь, ага, там хорошо… наверное)

На букет полевой по утру́ упадёт роса,

Заблестит на заре миллиардом алмазных брошей.

Хороша и раздольна случилась вчера туса,
И портвейн, ей под стать, был забористым и хорошим)

Утомлённые парки теряют цвета, оттенки.

Зажигаются окна, на людях бредущих – каски…

Сдую с кружки пивной кружевную узорность пенки,
На душе полегчает, вокруг заиграют краски)

Всё воротится с излишком –

Лето, солнышко, винишко)

Геннадий, спасибо)

Да, можно выжить в мясорубке, а сыграть в ящик в самом безопасном месте. У меня приятель прошёл живым и здоровым Афган и Чечню, переехал в США и, прожив там двенадцать лет, поехал в отпуск в Исландию, в которой не своей смертью умирает один человек в десятилетие. И там умудрился попасть под машину. С концами.

А уж ясным утром 11 сентября 2001 в Нью-Йорке и вообще смертью не пахло. Поначалу.

Нина, спасибо)

Ага, казалось бы, так мало действительно необходимого, но почему-то суетность и тщета хватают за шиворот и заставляют растрачиваться на сиюминутное и малостоящее)

Да, наверное. Жаль, что самому разуму, думаю, никогда не понять, зачем понадобилось его появление.)